В чем нуждаются люди, потерявшие родных в результате самоубийства

Когда кто-то умирает, очень трудно подобрать правильные слова, чтобы поддержать любимого человека. Когда кто-то заканчивает жизнь самоубийством, сделать это становится труднее во много раз, практически невозможно – тем более, если вы не знаете о ментальных проблемах и о том, каково это – желать себя убить. Из-за неправильных представлений о суициде многие думают, что такой человек просто эгоист или нашел «легкий выход», но такие представления далеки от истины.

Потому что правда в том, что хотя потеря человека, совершившего самоубийство, особенная, она заслуживает такого же уважения, как и любая другая.

Чтобы понять, в чем нуждаются люди, потерявшие близких в результате суицида, Американский Фонд предотвращения самоубийств попросил членов сообщества поделиться способами поддержки тех, кто пережил самоубийство любимого человека.

Вот что они сказали:

1. «Не бойтесь произносить имя умершего человека. Это нужно повторять и повторять. Ненавижу, когда люди ходят на цыпочках вокруг да около, говоря со мной о брате. Если бы я не разговаривала с другими о своей потере, я бы никогда не восстановилась. Я чувствовала себя совершенно одиноко после его смерти, и хотя говорить о нем было больно, и каждый раз я плакала (и до сих пор плачу, даже спустя полтора года), но только так я могла выразить свою любовь и оплакать потерю».

2. «Смотрите на меня с любовью и сочувствием, но, если сможете, попытайтесь скрыть страх и жалость».

3. «Не судите человека, который покончил с собой. Когда я попытался совершить самоубийство, я перестал легко судить других».

4. «Не спрашивайте, как они это сделали. Какая разница?»

5. «Лучшее, что мы можем сделать, это понять, что эти люди на самом деле не хотели умирать. Они просто хотели, чтобы их боль прекратилась и не видели другого выхода. Это отнюдь не трусость. И не нам судить почему они приняли это решение. Мы никогда по-настоящему не поймем их тревог. Мы всегда должны вспоминать о них по тому, как они жили, а не по тому, как они умерли».

6. «Не давите. Если вам сказали, что все ок, не приставайте. Некоторые не любят делиться своими чувствами, и люди по-разному относятся к горю. Скажите им, что вы рядом. Сделайте так, чтобы они улыбнулись. Но не донимайте никого, требуя открыться и рассказать о своих чувствах или мыслях».

7. «Нужно воздержаться от использования таких клише как «на то была воля Бога» или «он в лучшем мире». Если не знаешь, что сказать, просто обними».

8. «Наши соседи подарили нам розовый куст. Не сказав ни слова. Просто посадили его в нашем саду. Теперь, два года спустя, мы каждый раз ждем, когда он расцветет. Мы назвали эти розы – розы Кэти».

9. «Позвольте мне говорить об этом столько, сколько мне нужно. Не утомляйтесь от моих слез и не жалейте, что я так долго убит горем. Пожалуйста».

10. «Пожалуйста, просто признайте, что это произошло. Все, что нужно сказать — мне очень жаль. И все. Многие друзья моего брата не сказали мне ни слова о его самоубийстве, будто он вовсе не существовал, потому что им было слишком некомфортно говорить что-либо… но это больно».

11. «Лучшее, что моя девушка могла сделать для меня, — прийти ко мне домой, обнять меня и позволить выплакаться… затем она убедилась, что я снова могу дышать. Ни слова. Только руки, обнимающие меня, пока мы оба плакали. Ее любовь проявилась в действии… и мне больше ничего не нужно было».

12. «Все были слишком напуганы и не знали, что мне сказать. Я потеряла мужа – он покончил с собой. Но мне просто было нужно, чтобы они были рядом. Говорить ничего и не надо было. Быть рядом – все, что мне было нужно. Никогда не бойтесь говорить с человеком, который потерял близкого, совершившего самоубийство».

13. «Никогда не говорите, что самоубийство – это легкий выход».

14. «Покосите газон, купите бумажные тарелки, пластиковую посуду, туалетную бумагу, сходите в магазин и помогите с уборкой».

15. «Позвольте мне говорить об этом. Слишком многие боятся говорить о самоубийстве».

16. «Будьте на связи в праздники и памятные дни следующего года, чтобы признать, что жизнь без тех, кого они любили, изменилась».

17. «Позвольте человеку говорить о потере и не осудите его при этом. Ничто так не ранит, как невозможность открыто выразить свое горе по поводу столь трагической и опустошающей потери, как косые взгляды, любопытство и порицающие комментарии».

18. «Самое трудное – разбирать его вещи. Ребята помогали с мебелью, но на мне была вся одежда и все личные вещи сына. Это было очень тяжело».

19. «Не забывайте о них. Через неделю, месяц, год или дольше … они все еще страдают несмотря на то, что ваша жизнь продолжается. Иногда говорите с ними, пусть они знают, что вы все еще думаете о них. Это важно. И узнать, что другие не забыли вашего любимого человека, помогает».

Источник: TheMighty.com

Рубрика: избери жизнь | Комментарии к записи В чем нуждаются люди, потерявшие родных в результате самоубийства отключены

Черити Тилльманн-Дик поёт после пересадки обоих лёгких

«Вы никогда больше не сможете петь» — сказал её доктор. Но в своём рассказе о грани медицинских возможностей оперная певица сопрано Черити Тилльманн-Дик рассказывает историю двойного выживания — её тела после пересадки обоих лёгких и её духа, вдохновлённого непоколебимым желанием петь.

Вы могли не знать об этом, но сегодня вы вместе со мной отмечаете годовщину. Я не замужем, но год назад в этот день я очнулась от комы, в которой пробыла месяц. Это случилось после пересадки обоих лёгких. Я понимаю, это звучит невероятно! Спасибо.
Читать далее

Рубрика: способы жить | Комментарии к записи Черити Тилльманн-Дик поёт после пересадки обоих лёгких отключены

Я хочу помогать людям

Если вы хотите помогать людям — присоединяйтесь к нашей команде!

Нам всегда нужны:

— волонтеры, готовые помогать людям на форуме (проходят отбор, обучение и на протяжении работы на форуме получают поддержку от профессиональных психологов),

— авторы статей — профессиональные психологи и не только,

— реальные истории преодоления — помогите другим своим рассказом о том, как преодолевали желание убить себя, как выходили из депрессии, как получилось выйти из трудной жизненной ситуации и т.д.

Рубрика: способы жить | Комментарии к записи Я хочу помогать людям отключены

Опыт Фрэнка

Мы пили светлое пиво «Бадвайзер» в университетском баре. Классы на сегодня закончились, и можно было немного поговорить, никуда не спеша. Фрэнк любит поговорить. Он всегда кладет свою пачку «Мальборо» в центр стола, чтобы собеседник мог угоститься, не прерывая мысли. Неделей раньше мне случилось наблюдать как к Фрэнку, выпрашивая немного денег, пристал черный парень, предлагая купить фотографию своей девушки. Фрэнк отдал пятерку, но фото оставил парню, похвалив ее красоту.

Фрэнк — капеллан университета. На официальные церемонии он надевает черный костюм священника с белым воротничком, но излюбленная его одежда — джинсы и свитер. Темная борода скрывает ассиметрию лица — последствие тяжелой болезни, как и маленькие, слабые, словно у ребенка руки. Он подвижен. Его фигура, блеск глаз, особая порывистость выявляют его искренний интерес к любому, с кем-бы он не встречался. Он человек для всех и каждый может воспринять его как своего. Когда я спросил его: «В чем источник твоей радости? Где ты находишь силы, чтобы каждому помочь?» Он ответил: «Я стараюсь молиться на протяжении часа в день, и я общаюсь с людьми». Бог и ближний. Больше ему ничего не надо. В тот вечер он рассказал мне свою историю, при этом попросив не называть его имени, так что Фрэнк — это псевдоним, впрочем, близкий по созвучию. Я передаю его рассказ так, как слышал, в 10 часов вечера, в прокуренном баре.

«Я родом из небольшого шотладского города. Отец был крут. Налившись крепким элем, он утверждал себя, и тогда под его горячую руку могли попасть и я, и мама. Мать была тихой, в быту кроткой, но ревностной католичкой, и под ее молчаливым, но сильным напором, по праздникам мы всей семьей отправлялись в церковь. Этим отец словно выполнял какой-то долг; мне же, откровенно говоря, было скучно. Мой старший брат в то время учился в Ватикане и готовился к принятию священства. Я не понимал его. Писал ему, звал назад, предлагал найти ему хорошую девушку в Шотландии. Мы были далеки друг от друга. Пожалуй, и сейчас это так.

Я рос очень живым ребенком, при этом очень чувствительным. Часто мне было жаль тех мальчишек, с которыми никто не дружил, я старался сблизиться с ними, как-то вовлечь в нашу школьную жизнь, полную подвижных игр и розыгрышей. Тогда я ощущал себя счастливым, несмотря на тягостные отношения с родителями. Я наслаждался присущим мне чувством физической быстроты и силы. Одинаково ловко у меня получалось играть в футбол и в настольный теннис. Уже к четырнадцати годам и в том и в другом виде спорта меня приглашали выступать в составе молодежной сборной Шотландии.

Да, у меня были проблемы тогда. Когда мне было пятнадцать, отец настаивал на том, чтобы я бросил колледж и пошел в подручные к его знакомому электрику. Это был бы верный заработок. Но как же мои спортивные надежды?

И тогда это случилось… На одной из тренировок я неудачно упал. Потом долго и сильно болело плечо, и я отправился к врачу. Тот осмотрел меня и отправил в госпиталь. Сказал, что для обследования, недели на две. Но я провел там два года. Это оказалась прогрессирующая дистрофия мышц. Боль стихла, но рука постепенно теряла подвижность, дошло до того что я не мог пошевелить даже пальцами. Мне делали различные процедуры, но было ясно, что инвалидом я останусь навсегда.

Я был в отчаянии. Я перестал чувствовать себя личностью, потому что у меня не теперь не было цели в жизни. Попросту я был никому не нужен. Хотя… Конечно, мама каждую неделю навещала меня, раза два приходил отец, брат писал ободряющие письма из Рима. Да, была еще девушка, она тоже не оставила меня. Расскажу о ней позже…

Я не мог одеваться. Я не вставал. Мышцы тела перестали слушаться меня так, что я не мог сходить в туалет. Я мочился в особый пластиковый сосуд, который клали мне в постель. С этим связана веселая история. Наверное, и тогда, когда я был подавлен бессилием, которое обрушилось на меня, природная жизнерадостность не умерла во мне. Помню женщина, навещавшая моего соседа по палате, как то сказала: «Знаешь, у твоей постели всегда собирается что-то вроде клуба». Часто я не мог удержаться, чтобы не подшутить над медсестрой, увлекавшейся очередной модной диетой: «Слушай, от этого патентованного дерьма ты толстеешь с каждым днем». И они не оставались в долгу. Однажды, в насмешку, медсестры проткнули дырку в сосуде, где собиралась моя моча и я ощутил что-то горячее и вонючее, струящееся по моим холодным обездвиженным голеням. Не знаю, но меня это даже взбодрило. Значит, я еще человек, раз надо мной можно пошутить.

Но я лежал. Я не двигался. Мое тело утратило чувствительность и подвижность. У меня не было цели, было оцепенение. И вот что случилось. Я лежал в неврологическом отделении. Помню, что в этот раз рядом со мной положили какого-то беднягу, перенесшего серьезную травму головы. Он плакал и все время причитал: «Я же был удачливый бизнесмен. У меня была отличная семья. Все складывалось так хорошо, а теперь… Теперь я не могу сложить паззл из нескольких частей, который за несколько минут сложит пятилетний ребенок. Впервые в жизни я не знаю что делать. Мои мозги не слушаются меня». Я пожалел его, чтобы как-то утешить, мне захотелось дотронуться до него. Тогда в палате была врач, и она вдруг крикнула мне: «Эй! Твои пальцы шевелятся». Я не мог в это поверить. Я боялся в это поверить. Я не хотел в это поверить. Тогда бы появилась надежда, а от этого стало бы еще больнее потом. Но врач настаивала: «Посмотри на свою руку!» И действительно: пальцы подергивались. И вот меня положили на операцию. Мне перешивали тело. Кожу с плеч — вот они, швы, — пересаживали на руки. Я плавал в боли. И, в общем-то, я не знал, зачем. На особых аппаратах растягивали мои ноги, разрабатывали руки. Это был хирургический успех, но психологический провал. Я вышел из больницы с документом пожизненного инвалида.

Государство позаботилось обо мне. Мне предложили какую-то легкую работу в доме для престарелых. Когда я в первый раз пришел в этот дом, я нажал в лифте кнопку последнего этажа. Потом я вышел на балкон и выбросил себя вниз.

Мне не повезло. Я переломал ноги. Я снова попал в больницу на несколько месяцев. Сделали несколько операций над коленными суставами. К хронической слабости рук прибавились трудности ходьбы. Но я и не хотел ходить, как и не хотел жить. Я терзал себя тем, что даже покончить с собой по-настоящему не смог.

Но, как вы помните, я с детства был настойчив. Я придумал способ смерти, казавшийся мне гарантированным. Перед моими глазами стоял перекресток автострады с оживленным движением, неподалеку от моего дома. Выписавшись из больницы, я приехал туда. Постоял, потом зажмурил глаза и резко вошел в двухсторонний поток мчащихся автомобилей.

И вновь… Я был искалечен, но не умер. Мне снова делали операции. Не знаю, сколько их я перенес.

Время шло, мне уже исполнилось двадцать. После всех этих больниц я стал пить. Может быть потому, что это казалось мне наиболее логичным. Все эти годы рядом со мной оставалась девушка, которая навещала меня и, как могла, старалась утешить. Она была чернокожая, из Уганды. Я действительно любил ее, но тогда начал специально искать других женщин. Я уничтожал себя.

Помню, как в одной из веселых компаний я так напился, что вместо нагрудного платка положил в карман пиджака жареную картошку и старался всех угостить. Тогда мы насмехались над газетой — католическим изданием, которая случайно оказалась в нашей компании. И там было объявление: «ТЫ ХОЧЕШЬ БЫТЬ СВЯЩЕННИКОМ?» Может быть, я смеялся больше всех, настолько нелепым мне все это представилось. Впрочем, там было что-то затронувшее меня — священники требовались для миссионерской работы в Африке… А я очень любил свою черную подругу. Не помню как, но я оторвал это объявление и на утро оно попалось мне, когда я выгребал из пиджака остатки жареной картошки. И… Я написал письмо. Парню, который дал это объявление. Прошел месяц, я уже забыл о письме, но он позвонил мне. Я так испугался, что сказал, будто он ошибся номером. Но потом я встретился с ним.

Этот человек, священник католического ордена спиританцев, изменил мою жизнь. От него я научился самому острому наслаждению — помогать другим. Я не знал, как это надо делать, но я чувствовал головой, сердцем и телом, что это мой путь. Теперь я жил в общежитии среди таких же девушек и парней, целью которых было облегчать боль других. Мы изучали психологию, медицину, мы учились сначала помогать друг другу. Я понял, как легко преодолеть боль, когда ты делишь ее на всех. Невозможно представить, но я со своим искалеченным телом прошел стомильное паломничество пешком. Я не знал, что может быть лучше этого: быть вместе с другими, идти и думать о Боге. «Да ты уже наш, твоя судьба быть священником», — сказал мне тогда духовный наставник. Рассмеявшись, я показал ему наш шотландский неприличный жест. Но он оказался прав. Я не знаю, как это вышло, но вскоре я принял сан.

Теперь я был одержим одним — отправиться в Африку. С моими болезнями и немощами это было почти невозможно. Но помните, я был настойчив. Оказавшись в Африке я не стал жить с другими священниками. Мне не хотелось кого-то обращать в свою веру. Мне хотелось просто быть вместе с черными людьми, наблюдать их жизнь, выучить их язык, понять их и до конца понять себя.

Они совершенно другие, они восхитительно другие. Они умеют быть простыми. Это простота совершенства. Я пил с ними их домашнее пальмовое пиво и учился их языку, сидя у ночного костра. Из миссии я уехал, вызвав недовольство вышестоящих членов Ордена. Я отправился в самую отдаленную деревню, где жили, как они сами себя называли, «грязные люди». Они противились цивилизации в любой форме. Они не хотели носить одежду. Они охотились только копьями. Я был очарован их жизнью. Единственное, от чего меня тошнило — от их излюбленного напитка, молока пополам с кровью. Это была настоящая первобытная жизнь. Когда ты болен, за тобой ухаживают по очереди все жители деревни. Они всем делятся друг с другом. Чувство их общинной принадлежности необыкновенно. Когда я спросил одного воина, как его имя, а по суахили это звучит «Кто твое имя?», он отвечал мне десять минут, перечислив всех своих предков, обстановку жилища и семейных богов. Я начал им рассказывать про Иисуса Христа. Они слушали меня доверчиво и с необыкновенным вниманием, а потом спросили: «Это твой брат?» «Да, — поначалу смутившись ответил я, — мой Брат». «Он скоро приедет к нам?» «Да» — отвечал я уже тверже, «Он скоро приедет к нам всем, а пока Он просил, чтобы мы соблюли Его заповеди». Эти милые простые люди были готовы слушать еще и еще, но, по правде сказать, с прощением у них получалось не очень успешно. А вот истории из Ветхого Завета, приводили их в восторг.

Но все же не зря я был у них. До сих пор я вспоминаю урок, который я получил от старой умирающей женщины. В том селении было поверье: счастливым будет тот, кто увидит вершину горы Килиманджаро, которая почти всегда покрыта облаками. И случилось, что когда я был приглашен как священник к умирающей, я взглянул вверх и увидел, что снежная вершина сверкает под лучами солнца. «В такой момент и умирает человек», — подумал я. И видимо на глазах у меня показались слезы. «Не плачьте, падре, — прошептала она. — Всегда помните то, чему вы научили нас: Христос не только умер, но и воскрес».

Приключений было много. И последнее из них весьма болезненное. У меня случилась страшная боль в животе и сильно распухли яички. Врачи в столице Танзании подозревали злокачественную опухоль и настоятельно рекомендовали лететь на операцию в Европу. Танзанийцы свою национальную авиакомпанию обычно называют «Может Быть». Может, самолет полетит, а может, нет. Опять не повезло: рейс отменили, в автобус на двенадцать мест набилось человек тридцать и я, с распухшими яичками, буквально лежал на головах. До соседней Кении ехали по жаре часов десять. Но это я уже плохо помню. Посадили меня на самолет в Амстердам, оттуда прилетел в родной Лондон. Ложусь в больницу, и моим лечащим врачом оказывается африканец, как раз из Танзании. Стоило прилетать? Судьба! Сделали операцию. Слава Богу, опухоль оказалась доброкачественной. Однако в Африку врачи возвращаться запретили. Начальство Ордена посоветовало: есть такой парень в Америке, Адриан ван Каам, поезжай у него учиться. И вот я здесь».

В Университете Фрэнк одновременно студент и капеллан. Ему сейчас немного за тридцать. Он увлеченно учится психотерапии, а вечера проводит в общении с ребятами из кампуса, часто заходя на спортивные соревнования и дискотеки. Он спиританин, девиз их Ордена — «Пригодный ко всему». Иногда они продолжают: «…и ни к чему не способный». Это шутка. Фрэнк любит шутить. Он не знает, сколько ему осталось жить. Он просто счастлив…

13 Апр 2012 | Сергей Белорусов

Рубрика: способы жить | Комментарии к записи Опыт Фрэнка отключены

Наташка

В то время у меня все валилось из рук. Огромное количество институтских долгов, за которые меня в очередной раз хотели отчислить, самые разнообразные неприятности со здоровьем, проблемы в личной жизни, отношениях с родственниками. Но самым тяжелым было то, что ни одна из моих трудностей, как мне тогда казалось, не разрешалась. Не было ни денег, ни понимания, ни сил для поиска выхода. Все эти долги, болезни, ссоры, конфликты скапливались в огромную гору, погребая под собой остатки моего оптимизма и надежды на будущее. Я все яснее понимала, что не в состоянии справиться ни с чем в своей жизни, и это невероятно угнетало. Я, взрослый человек, не в силах повлиять ни на что в своей жизни…

Тогда я мало с кем делилась своими переживаниями. Во-первых, мне казалось, что это неинтересно. Во-вторых, во время таких редких откровений все мои проблемы начинали мне казаться сущей ерундой, справиться с которой под силу пятилетнему ребенку. Было физически невыносимо осознавать, что я не способна даже на это. Поэтому я сама себе удивилась, когда выложила все моей однокурснице Наташке.

Наташка не поставила под сомнение ни одну мою проблему, даже глупое недовольство внешностью она восприняла максимально серьезно, не стремясь меня переубедить. Мы вместе написали список всех моих проблем и разбили их на группы. Список вышел довольно объемным. «Надо наметить путь решения по каждому пункту», — сказала Наташка. И мы долго говорили о том, как можно сдать долги, где можно бесплатно пройти обследования, как разрешить рабочий конфликт и т.д. Я порядком устала в тот вечер, но, возвращаясь домой, я чувствовала, будто у меня выросли крылья. И следующее утро было добрым. И еще одно, и еще.

В то время я не разгребла даже треть из того списка, который занял несколько листов ежедневника. Но меня это больше не угнетало. Со временем что-то я все-таки сумела одолеть, что-то, спустя годы, решилось само собой, а что-то оказалось не так уж мне и нужным. Наши с Наташкой пути, к сожалению, разошлись. Но я очень благодарна ей за то тепло, которым она отогрела меня в такой непростой момент, что и дало мне силы жить дальше. Спасибо тебе, Наташк.

19 Июл 2012 | Марина Антонова

Рубрика: способы жить | Комментарии к записи Наташка отключены

«У меня диагностировали пограничное расстройство личности»

Я не знаю, как давно это началось. Года в 4, наверное, когда моим родителям психиатр сказал, что я нормальная, а все шалости делаю нарочно и меня надо за них наказывать. И началось. Часто я не понимала за что меня лупят, мне не объясняли, говорили просто – нельзя и всё тут. Когда в очередной раз меня наказали, я сказала маме подслушанную на улице фразу: «Я ненавижу тебя.» Я даже не понимала её значения, но чувствовала, что в ней кроется какая-то боль, что ею можно донести свои негативные чувства. Мама была шокирована, она ничего не ответила мне, просто ушла. А я не поняла почему она ушла и даже немного испугалась. С тех пор всё стало ещё хуже.

Били меня часто, а я толком и не понимала за что, ведь масштаб «прегрешения» казался мне несоответствующим степени наказания. Многие поводы для наказания были закольцованы – меня бьют, я бью сестру, меня бьют за то, что я избила сестру.

В начальной школе моих родителей ( только моих ) вызвали к директору, после того как мы прошли какой-то психологический тест. Там говорилось, что у меня возможна сильная психологическая травма. Методы воспитания не изменились. Позже, когда они стали уставать меня пороть, я познала, что такое жизнь взаперти. Для меня не было на свете ничего лучше, чем погулять с друзьями, вот этого они меня и лишали на пару недель, если буду себя хорошо вести.

Годам к 14, я осознала, что у меня большие проблемы со сдерживанием гнева. Я пыталась его сдерживать, но этого почти никогда мне не удавалось. Я смогла научиться только, иногда, предупреждать человека о том, что скоро сорвусь и нападу на него с кулаками.

В 16 лет случился первый серьёзный кризис. Меня изнасиловали. Я чуть не выпрыгнула в окно 8го этажа в попытке избежать группового акта насилия, но мне удалось выбежать в дверь. Рассказать дома я не смогла, боялась, что меня побьют, ведь мне говорили, что нельзя ходить ни к кому в гости. У меня началось посттравматическое стрессовое расстройство – ПТСР. Мне звонили домой и угрожали незнакомые люди, предлагали повторить «на четверых» — я одна, их четверо. Я боялась, что дома узнают; я боялась из дома выходить. За мной следили, началась паранойя. Внутри у меня была пустота, я не испытывала никаких эмоций, вообще. И это – самое страшное. Чтобы почувствовать хоть что-то, я билась головой о стену, разбивала в кровь руки, начала себя резать.

Тут-то дома и заметили, что что-то со мной происходит. Мама дала мне пощёчину и сказала: «Если ещё раз увижу, убью». Никто не просил даже почему я это делаю! Думаю, боялись правды. Вскоре на меня напали второй раз, я отбилась, сломала руку, а мой хороший знакомый сказал, что это я во всём виновата сама. Тут у меня и оборвалось всё, сломалось что-то внутри. В травмпункт за гипсом я не пошла, мне нужна была боль. Начала пить. Через какое-то время появились мысли о суициде. Но я не смогла ни в окно выпрыгнуть, ни вены вскрыть. Было жаль родных, но и себя за эту слабость я ненавидела. С этой точки депрессия больше у меня не заканчивалась. Года через 1,5 я перестала себя калечить, но алкоголь остался со мной. Спустя 2 года после этих событий, на протяжении нескольких месяцев, примерно полугода, я выпивала по бутылке водки в день – только так я могла заполнить пустоту. Это не мешало мне отлично учиться, хотя и странно. Алкомарафон закончился, когда у моих родителей закончилось терпение. Тогда папа меня очень сильно избил. Так пить я перестала, но не завязала совсем.

Следующий криз случился, когда мне было около 28. От меня ушёл мой любимый, я начала встречаться с другим, но и он меня бросил. Дома меня морально насиловали родители, поэтому я жила в офисе, на работе из-за депрессии начались проблемы с начальством. Помощи ждать по-прежнему было неоткуда. И наступил момент, когда я решила – всё, смысла нет, ничего уже не изменится. И разработала план. Никогда я ещё не была настолько решительно настроена. Я очень рада, что мне помешали осуществить задуманное. Я буду благодарна этому человеку до конца своих дней. К тому моменту я не уезжала из офиса уже 3 дня, я беспрерывно плакала, но никто не обращал внимания. Он приехал в свой выходной на работу, вроде как у него были какие-то дела незаконченные и в какой-то момент он сказал: «Нет, это – ненормально». Он позвонил кому-то и приехали ещё двое наших общих друзей. Втроём они смогли увезти меня с работы и спасти мне жизнь. На следующее утро дома папа меня спросил: «Как ты докатилась до такой жизни?» — и это сорвало мой стоп-кран. Я плакала, кричала, рвала волосы. Когда я подняла глаза, то увидела, что плачет вся моя семья. Потом я 2 недели лежала дома, в темноте, не двигаясь, не разговаривая. Мне нужен был этот отдых.

Ещё через пару лет, почувствовав, что на меня опять накатывает депрессия, я решила не откладывать, а прямо сейчас обратиться за помощью к психотерапевту: я поняла, что не справляюсь, а родные не смогут дать мне необходимой помощи. Мне повезло, я обратилась к очень чуткому и понимающему специалисту. В процессе терапии я познакомилась с прекрасными специалистами других областей – психиатр, гипнотерапевт. У меня диагностировали ПРЛ – пограничное расстройство личности – склонность к самоповреждению, суициидальные попытки, боязнь быть брошенным, оставленным, чрезмерные алкогольные возлияния и т.д… Сейчас я чувствую себя значительно лучше – никаких порезов, мыслей о самоубийстве, я начинаю забывать, что такое депрессия. Жизнь выглядит ощутимо лучше!

Я верю в то, что справится можно с любым личностным кризисом, а расстройство личности можно подкорректировать. Нужно не стесняться просить помощи — есть масса людей, готовых помочь вам в трудную минуту. Когда кажется, что выхода нет, нужно обращаться к людям, которые точно знают – он есть. Это – психологи, психотерапевты, психиатры, специалисты служб доверия, кризисные центры, священники.. Просто поймите, вы не одиноки в своей беде, есть люди как и вы, пережившие тяжёлые и страшные ситуации. Если они справились с этим, значит шанс есть и у вас! Просто воспользуйтесь им, начните – с остальным вам помогут!

14 Июл 2015 | Оксана Богданова

Рубрика: истории | Комментарии к записи «У меня диагностировали пограничное расстройство личности» отключены

Что можно и что нельзя говорить человеку, думающему о самоубийстве

Источник: TheMighty.com

Если ваш знакомый хочет совершить самоубийство или борется с мыслями об этом, сложно найти правильные слова при разговоре с ним. Близкие стараются проявить заботу, но даже слова, сказанные с наилучшими намерениями, могут звучать безразлично. Так что если вы хотите знать, как найти правильные слова, то эта статья для вас.

Очень важно знать, что не следует говорить человеку, находящемуся на грани самоубийства, но также важно понимать, что нужно сказать такому человеку. Мы попросили членов нашего сообщества рассказать, какие слова не помогали им в состоянии близком к самоубийству, и что им хотелось бы услышать взамен.

Вот что они рассказали:

1. Не говорите: «Самоубийца ведет себя эгоистично»

«Пожалуйста, не говорите человеку на грани самоубийства, что он эгоист. Нет ничего хуже этого» (Маккензи В.).

«Я терпеть не могу, когда меня обвиняют в эгоизме за попытку совершить самоубийство. Когда мы доходим до этой черты, мы уже не эгоисты, мы чувствуем безнадежность, мы устали от боли, мы чувствуем свою никчемность и просто хотим прекратить все это. От этих мыслей никуда не деться, ими нельзя переболеть или просто отбросить их. Это не что-то, что просто проходит» (Мелисса Б. ).

Что лучше сказать:

«Поймите мои чувства. Скажите мне, как много я значу для вас» (Таня В.).

«Я думаю, что все люди разные. Но не надо говорить человеку то, что может расстроить его еще больше. Например, «Давай, вперед», «Ты эгоист». Я думаю, любая попытка не дать человеку покончить с жизнью имеет смысл. Отговорить кого-то непросто, сложно найти правильные слова. Для меня самое важное – разговорить человека в тот момент, когда он наиболее уязвим» (Сара С.).

2. Не говорите: «Другим еще хуже, чем тебе»

«Я терпеть не могу, когда кто-то говорит мне, что я еще недостаточно депрессивен для того, чтобы даже подумать о самоубийстве. Или когда мне говорят: «Другим еще хуже». Я начинаю думать, что ничего не стою, когда люди думают, что у меня нет права на свои собственные мысли и чувства, и у меня нет никаких основательных причин для совершения самоубийства» (Трис Н.).

«Когда мою боль обесценивают, я вообще теряю способность обсуждать свои чувства, и это только ухудшает ситуацию. И если откровенно, как вы вообще смеете сравнивать мою боль с болью других? Вы же не говорите кому-либо что он не может быть счастливым, потому что другие еще более счастливы» (Викки М.).

Что лучше сказать:

«Самое лучшее, что мне когда-либо говорили — что-то вроде: «Могу я что-то сделать для тебя? Как я могу помочь тебе»? Мне не нужно, чтобы меня судили. Мне нужен человек, который захочет просто посидеть, просто побыть со мной. Быть вместе в тишине — все равно, что громко плакать вместе. Это такая «скорая помощь» для меня» (Шелби Х.).

«Чтобы я хотела услышать: «Я понимаю, ты прошла через ад и вернулась, но ты справишься, я буду с тобой каждое мгновение на этом пути» (Ребекка Х.).

3. Не говорите: «Мне тоже бывает грустно»

«Пожалуйста, не говорите: «Ты преодолеешь это, мне тоже бывает плохо». Люди не понимают, что когда человек на грани самоубийства — это нечто большее, чем некое чувство. Это скорее онемение, которое заставляет человека причинить себе вред, чтобы хоть что-то почувствовать» (Бри Н.).

Что лучше сказать:

«Я здесь, я с тобой. Ты не один. То, что ты чувствуешь — это нормально. Мне жаль, что я не могу лучше понять тебя. Пожалуйста, знай, ты мне не безразличен, и я люблю тебя. Если я понадоблюсь тебе — я всегда рядом» (Бри Н.).

4. Не говорите: «Самоубийство — это слишком легкий выход»

«Ненавижу, когда люди говорят о ком-то, совершившем самоубийство, что он выбрал самый легкий путь. К сожалению, я уже совершал попытку самоубийства, и это стоило мне огромных усилий. Я отдал все силы. Ни в коем случае нельзя сказать, что это было легко. К тому же годы страданий — тоже нельзя обесценивать. Это тяжелый путь, его никак нельзя назвать легким» (Трэвис С.).

Что лучше сказать:

«Говорите человеку, как много он значит для вас и делитесь любовью и состраданием. Оставайтесь рядом, держите человека за руку. Простое присутствие рядом человека, с которым чувствуешь себя в безопасности, может сыграть важную роль. Можно вообще ничего не говорить при этом. Просто будьте рядом. Если вы чувствуете, что человек все же хочет нанести себе вред, срочно вызывайте помощь» (Сэнди С.).

5. Не говорите: «Ой, только не говори об этом»

«Не просите кого-то не говорить о самоубийстве. Иногда выражение мыслей вслух очень важно. Не позволяя человеку выразить свои мысли, вы тем самым обесцениваете его чувства и переживания. Итог печален, как правило» ( Эмили Дж.).

Что лучше сказать:

«Что мне сделать, чтобы тебе стало легче? Мне жаль, что ты чувствуешь себя будто в ловушке. Как я могу помочь тебе?» — вот идеальные слова для меня» (Карли Б.).

6. Не говорите: «Ты делаешь это, чтобы привлечь к себе внимание?»

«Никогда не называйте человека, который хочет совершить самоубийство, сумасшедшим, глупым или жаждущим внимания. К моменту, когда человек думает о суициде, он уже через столько прошел, что уже не мыслит рационально» (Тасним М.).

Что лучше сказать:

«Помогите человеку, напомнив, как он важен для вас, и что жизнь прекрасна. Лучше жить, чем все бросить» (Тасним М.).

7. Не говорите: «Завтра будет новый день»

«Я, конечно, понимаю о чем вы, но для многих выздоровление — долгий процесс. Даже сама мысль о том, что предстоит прожить еще один день, болезненна. Завтра человек может почувствовать себя еще хуже, чем сегодня. Для многих суицидальное мышление — проходящий момент, но для других — ежедневная реальность». (Лили С.).

Что лучше сказать:

«Иногда нужно просто понимание. Не осуждение, а просто, чтоб кто-то выслушал тебя» (Шарни Б.).

8. Не говорите: «У тебя нет никаких основательных причин так себя чувствовать. У тебя все замечательно»

«Для меня нет ничего хуже этих слов. Я научилась скрывать от людей свое состояние, поэтому большинство знакомых не верили мне, когда я рассказывала о том через что прошла. Они видят только то, что я позволяю им увидеть, и мне больно от того, что меня не понимают» (Джесика Е.).

«Никогда не говорите: «У тебя нет причин печалиться». Да, возможно, мне говорят так из самых благих побуждений, но это настолько умаляет проблему, что заставляет меня стыдиться своих чувств» (Молли О.).

Что лучше сказать:

«Скажите человеку, что он не одинок и убедите его в том, что у него есть ваша поддержка. Почаще узнавайте как у него дела, чтобы человек не чувствовал себя брошенным» (Молли О.).

9. Не говорите: «Подумай о том, что почувствуют твои родные. Представь как им будет больно»

«Это совершенно обесценивает чувства человека» (Джулия Ф.).

«Ты что, совсем не думаешь о своих детях? Тебе все равно?» Бывают дни, когда они — единственная причина, почему я все еще здесь, но иногда мой разум настолько замутняется, что мне кажется, им будет лучше без меня» (Миджену М.).

Что лучше сказать:

«Гораздо полезнее спросить не нужно ли чего человеку, и что нужно сделать, чтобы помочь ему» (Джулия Ф.).

«Лучше обнимите человека, а не показывайте, как вы шокированы его эгоизмом и недостаточной заботой о близких» (Миджену М.).

10. Не говорите: «Это пройдет».

«Мой отец всегда говорит мне: не думай об этом, пройдет. Он говорит так, потому что это помогает ему. Но со мной все иначе, это состояние наползает на меня постепенно. Это вечная зима, а оттепели все нет и нет» (Сиера К.).

Что лучше сказать:

«Мне хотелось бы, чтобы мне сказали, что я сильная, что я уже справлялась с этим раньше и снова справлюсь» (Сиера К.).

11. Не говорите: «Я не хочу говорить об этом»

«Я не хочу говорить и ничего слышать об этом!». Что ж, я и не говорила. Меньше всего я хотела бы сказать родным, что я не хочу жить. Многие люди просто говорят: «Я люблю тебя». Но этого недостаточно. Темнота покрывает меня. Человеческая душа — не математическое уравнение. Все намного сложнее. Всегда больно осознавать, что ты хочешь покинуть людей, которые будут скучать по тебе, но можно дойти до такой черты, когда это знание становится чисто теоретическим. Груз настолько тяжел, что погребает под собой все» (Лейси М.).

Что лучше сказать:

«Мне нужно, чтобы меня слышали, когда я говорю. Вы не хотите слышать или говорить об этом? А я не хочу жить с этим. Вот и все…» ( Лейси М.).

12. Не говорите: «Но твоя жизнь так прекрасна!»

«Всегда есть причина, почему у человека появляются суицидальные мысли. Не важно, считаете ли вы эти причины стоящими и значительными или нет, они есть. Возможно, они иррациональны и даже кажутся вам глупыми, но для нас они очень важны, и нам больно. Говорить, что нам не надо думать о самоубийстве, потому что наша жизнь прекрасна, бесполезно, это только усугубляет вину, которую мы и так чувствуем» (Джесика С.).

Что лучше сказать:

«Просто скажите: Я здесь, я с тобой. И будьте искренни при этом» (Лейкон С.).

13. Не говорите: «Не глупи»

«Если кто-то подойдет к вам и скажет, что чувствует себя никому не нужным, а вы ответите: «Ой, да глупости!», даже если вы не хотели ничего плохого, мы почувствуем негатив» (Сантана М.).

«Не говорите человеку, что его чувства — глупость или что он преувеличивает» (Ким Л.).

Что лучше сказать:

«Спросите, что заставило его так себя чувствовать. Не говорите, что это глупо» (Сантана М.).

«Напомните человеку, что эти чувства непостоянны, даже если это не так. Скажите ему, что вы будете надеяться за двоих, пока в его жизни не наступит светлая полоса. Просто будьте рядом, не жалуясь» (Ким Л.).

14. Не говорите: «Ты недостаточно усердно молишься»

«Только не говорите: «Тебе стоит быть благодарным. Тебе нужно крепче верить в Бога. Ты недостаточно усердно молишься» (Ронда М.).

Что лучше сказать:

«Попытайтесь лучше сказать «Я не представляю через что ты проходишь, но ты не должна быть одна. Мы пройдем через это вместе» (Ронда М.).

15. Не говорите: «Ты принял свои таблетки?»

«Все эти советы (послушай музыку, прими таблетки, сходи на прогулку, посмотри кино, позвони на горячую линию и т. д.) совсем не помогают. Можно подумать, я не испробовала все это раньше или, что моя боль поверхностна и мне достаточно просто посмотреть комедию. Это только усиливает чувство одиночества» (Кэйти Н.).

Что лучше сказать:

«Скажите, что вы любите человека, несмотря ни на что. Я находился на грани с восьми лет и недавно снова был в депрессии, став ближе к краю как никогда. Единственное, что удерживало меня — один человек, который постоянно поддерживал меня. Единственный человек в моей жизни, который проявляет свою любовь именно так, как нужно. Осязаемая, истинная любовь, а не любовь на словах: «Тебя многие любят». Люди в депрессии нуждаются в активной любви!» (Мэтью Дж.).

16. Не говорите: «Тебе нужно расслабиться»

«Тебе нужно выдохнуть и не позволять себе отчаиваться». Мы и так это знаем» (Дженефер Д.).

Что лучше сказать:

«Скажите лучше: «Спасибо, что поделилась со мной, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе» (Криста Р.).

17. Не говорите: «Это все только в твоей голове»

«Это ужасно, так как люди, которые не разбираются в умственных расстройствах, действительно верят, что ваши суицидальное мысли — просто манипуляция с целью привлечения внимания. Или, что вам просто нужно наладить отношения или нужен новый взгляд на жизнь. Прошу, займитесь самообразованием, если знаете кого-то с умственными расстройствами» (Мэрилу В.).

Что лучше сказать:

«Важнее спросить, все ли со мной в порядке — проявить заботу, но не вмешиваться в неведомую вам область» (Чеин Б.).

«Я бы хотел услышать: «Я здесь, с тобой, я никуда не уйду. Ты не один. Я помогу тебе пройти через это. Я люблю тебя». Вот и все» (Рег Д.).

Источник: TheMighty.com
Перевод: Nosuicid.ru

Рубрика: избери жизнь, истории | Комментарии к записи Что можно и что нельзя говорить человеку, думающему о самоубийстве отключены

Письмо человеку, который прямо сейчас обдумывает суицид

Это письмо было опубликовано на сайте TheMighty.com. Автор — Кара Паттиата.

Письмо человеку, который прямо сейчас обдумывает возможность совершить самоубийство

Дорогой друг,

Я не знаю тебя. Мы никогда не встречались и вряд ли встретимся. Но позволь мне сказать тебе: я люблю тебя. Я принимаю тебя таким, какой ты есть. Я понимаю тебя.

Я понимаю тебя, потому что сама долгое время жила с теми же мыслями, что и ты. Я разрывалась между осознанием, что могу причинить боль людям, которые меня любят и мыслями, что им будет лучше без меня. Один голос в моей голове требовал положить конец моим мучениям, а другой шептал, что я должна держаться.

Мне так жаль, так жаль, что тебе больно. Я тоже слышала голоса демонов в своей голове. Я слышала, как они говорят, что я недостаточно хороша. Я слышала, как они говорят, что я ничего не стою. Я слышал, как они говорят, что я не заслуживаю того, чтобы жить.

Люди пытались помочь. Люди пытались показать, как хороша жизнь. Люди говорили, что наши мысли не имеют под собой никакой почвы — это просто мысли. Я хочу опровергнуть это: твои чувства – не иллюзия. Твои мысли — не глупость. То, что ты сейчас переживаешь, — ужасно. Даже я не силах полностью понять, что ты переживаешь.

Возможно, тебе сказали, что у тебя депрессия, а может это и не так. Возможно, у тебя были мысли о самоубийстве, а может, конкретные планы. Возможно ты планировал это давно, а может, эта мысль пришла тебе в голову несколько минут назад. Возможно, ты уже пытался покончить с собой, а может быть ты никогда не думал об этом. Возможно, ты полон решимости, а может, тебе вообще плевать – жив ты или нет.

Независимо от того на каком этапе ты сейчас, боюсь, единственное, чем я могу поделиться с тобой – слова, которые однажды сказал мне врач. «Никто не предложит тебе волшебную палочку и не произнесет некое заклинание, чтобы тебе стало лучше». Я не могу предложить тебе решение. Все, что я могу посоветовать тебе — это ждать.

Я знаю, сейчас тебе кажется, что выхода нет. Но твои чувства будут меняться. Я знаю, сейчас тебе кажется, что твоим мучениям нет конца. Это ложь. Смертоносный обман, которым кормят тебя твои демоны. Подушка, которая душит надежды. Но надежда все еще здесь, пусть даже ее почти не видно. Возможно, тебе придется долго ждать. Ни ты, ни я не знаем, когда настанет тот день, когда ты снова увидишь надежду. Но этот день настанет — я обещаю.

Я бы хотела обнять тебя, крепко-крепко. Ты все еще здесь. Ты все еще держишься. Каждый день тебе приходится сражаться, чтобы продержаться до конца дня. Я признаю – это очень тяжело. Я не могу даже представить сколько тебе приходится прикладывать сил и упорства.

Помни: тебя любят. Ты бесценен. Ты достоин того, чтобы жить.
Я посылаю тебе всю свою любовь.

Автор: Кара Паттиата
Источник: TheMighty.com

Рубрика: истории | Комментарии к записи Письмо человеку, который прямо сейчас обдумывает суицид отключены

Можно ли молиться за совершивших самоубийство? Из слова о молитве за усопших

26 Янв 2010 | Митрополит Филарет (Дроздов)

Есть в христианстве люди, которые сами себя лишают утешения молиться за усопших. Какие это люди? — Без сомнения те, которые, приметным или неприметным для себя образом, больше любят умствовать, нежели веровать. Почему не приемлют они молитв за усопших? — Не видно другой тому причины, кроме той, что не понятно, как действие молитвы простираться может так далеко, — даже из одного мира в другой, из видимого в невидимый.

Человека, рассуждающего таким образом спросил бы я: понятно ли обыкновенному разуму действие молитвы человека живущего, — за другого живущего, — особенно если молитва приносится за отсутствующего, или же и за присутствующего, но приносится для испрошения чего-либо нравственного и духовного, как-то: прощения грехов, исправления от пороков, укрощения страстей, просвещения, утверждения в добродетелях? Две души, каждая с своим собственным умом, волею, склонностями, свободою, не суть ли одна для другой два отдельные мира, — отдельные тем более, что преграждены телами? Как же молитва одной простирает свое действие на другую?

Если возьмутся изъяснить, как отдельность существа и свободы не мешает действовать молитве за живых: сим самым изъяснится, как та же отдельность не мешает молитве за усопших. Если скажут, что действие молитвы за живых возможно, хотя неизъяснимо разумом? то я скажу: не отвергайте же и действия молитвы за усопших потому только, что оно неизъяснимо, или таковым кажется.

А по моему мнению, в предметах веры безопаснее меньше умствовать, а более верить, и утверждаться не на мудровании собственном, а на Слове Божием. Слово же Божие говорит: о чесом помолимся, якоже подобает, не вемы (Рим. 8^26). Следственно по разуму, без благодати, не знаем, можно ли молиться за кого-нибудь. Но сам Дух, — продолжает апостольское слово, — ходатайствует о нас воздыхании неизглаголанными, в молитве каждого, по его состоянию особенной: и тот же Дух, для общего руководства в молитвах, наипаче общественных, явственно изрекает, о чесом подобает молитися. Например: молю убо прежде всех творити молитвы, моления, прошения, благодарения за вся человеки (1 Тим. 2:1). Еще, аще кто узрит брата своего согрешающа грех не к смерти, да просит, и даст ему живот, согрешающим не к смерти. Есть грех к смерти? не о том, глаголю, да молится. (1 Иоан. 5:16). И еще: молитеся друг за друга, яко да исцелеете. Много бо может молитва праведного поспешествуема (Иак. 5:16). Послушаем еще, как святой апостол Павел и молится за других, и требует молитвы других. Молимся всегда о вас, пишет он к Солунянам, да бы сподобит званию Бог наш и исполнит всяко благоволение благости, и дело веры в силе, яко да прославится имя Господа нашего Иисуса Христа в вас и вы в Нем, по благодати Бога намего и Господа Иисуса Христа (2 Сол. 1:11-12). И далее в том же послании: прочее, молитеся о нас, да слово Господне течет и славится, якоже и в вас (3:1). И в другом послании: всякою молитвою и молением молящеся во всяко время Духом, и в сие истое бдяще во всяком терпении и молитве о всех святых и о мне, да дастся ми слово во отверзение уст моих, с дерзновением сказати тайну благовествования, о немже посольствую во узах (Еф. 6:18-19).

Не собирая более свидетельств Священного Писания о молитве вообще, как о деле известном, приложим к особенному предмету настоящего размышления те свидетельства, которые доселе приведены.

Если мы не знаем, о чем молиться, а для вразумления нашего незнания дано нам Священное Писание, могущее умудрити во спасение, даже до того, что совершен будет Божий человек на всякое дело благое уготован (2 Тим. 3:15-17): то от премудрости благости Духа Божия, изглаголавшего сие Писание, надлежит ожидать, что оно не только удовлетворительно наставит нас о чем молиться, но и предохранит запрещениями, чтобы нам не молиться о том, о чем молитва была бы не угодна Богу. Чаяние сие оправдывается самым делом. Теперь же видели мы, как Священное Писание, заповедуя и молитву за вся человеки, от молитвы, Богу неугодной и человекам не полезной, предохраняет верующего запрещением: есть грех к смерти, не о том, глаголю, да молится. Из сего следует, что если о молении за усопших и нет в Священном Писании особенной, определительной заповеди, а выводится оное только из понятий и заповедей о молитве, более общих? но если притом нет против сего моления в Священном Писании никакого запрещения, как и действительно нет: то самое сие незапрещение, самое молчание Священного Писания есть уже доказательство того, что моление за усопших Богу не противно, и человекам небесполезно.

Охотник до сомнений спросит: не излишне ли молиться о тех, которые умерли с верою и упованием? Ответствую: не излишне ли, по-видимому, молиться о святых? Однако святый Павел велит молиться о всех святых. Не излишне ли молиться об апостолах, которые суть распространители благодати на всех прочих, и первые из святых в Церкви: положи Бог в Церкви первее Апостолов (1 Кор. 12, 28)? Однако апостол Павел требует, чтобы молились о нем и не апостолы, и притом тогда, как он уже приближался к венцу за подвиги апостольства. Есть молитва в пользу самого Евангелия: да слово Господне течет и славится, хотя Евангелие само есть сила Божия во спасение всякому верующему (Рим. 1) Но — можно ли бояться излишества в молитве за верующих?

Или, спросят, — не тщетна ли молитва за умерших во грехе? Ответствую: тщетна — за умерших во грехе смертном, смертию духовною, и в сем состоянии постигнутых смертию телесною, — за тех, которые внутренно отпали от духовного тела Церкви Христовой и от жизни по вере, своим неверием, нераскаянностию решительным и конечным противлением благодати Божией. Где просвещенному и беспристрастному оку явны признаки сей горькой смерти? там нет места утешению молитвы: есть грех к смерти? не о том, глаголю, да молится. — Но что может сделать молитва о брате, согрешающем грех не к смерти? Может дать ему живот. Неужели и умершему телесно? — Святый Иоанн, которого словами теперь мы руководствуемся, не говорит: да? но не говорит и — нет. Он не запрещает молиться об умершем, тогда как запрещает молиться о грешнике отчаянном и безнадежном.

Всепроницательная премудрость Божия, в Божественном Писании, не провозглашает довольно громко заповеди молиться за усопших, может быть для того, чтобы в надежде на сие пособие, не обленились живущие, ранее телесной смерти со страхом свое спасение соделовать. Но когда и не возбраняет сего рода молитв: не то ли сие значит, что еще позволяет бросать, хотя не всегда решительно надежную, но иногда, и может быть часто, благопомощную вервь, отторгшимся от брега жизни временной, но не достигшим вечного пристанища душам, которые между смертию телесною и последним всемирным судом Христовым, зыблются над бездною, то возвышаясь благодатию, то низводясь останками поврежденной природы, то восторгаясь Божественным желанием, то запутываясь в грубой, еще не совсем совлеченной, одежде земных помышлений?

И вот, может быть, почему моление за усопших издревле существовало и существует в Церкви, не как торжественно возвещенный, существенный член веры и строгая заповедь? Но как благочестивое предание и обычай, всегда поддерживаемый свободным послушанием веры, и частными духовными опытами. Приведем на сие некоторые свидетельства.

Благодать даяния, пишет Сын Сирахов, пред всяким живым да будет, и над мертвецом не возбрани благодати. Что значит здесь благодать даяния? Если это дар алтарю, то слова: над мертвецом не возбрани благодати, очевидно значит: принеси жертву по усопшем, или, что то же, молись за усопшего. Если же кто хочет признать более вероятным, что благодать даяния значит благотворение бедному? то слова: над мертвецом, не возбрани благодати, будут значить: подай милостыню в память усопшего. Ту ли, другую ли мысль имел сын Сирахов: они обе предполагают одно, им общее основание, — то, что живущий может и должен делать добрые и душеполезные дела ради усопшего.

В истории Маккавеев находим именно жертву и молитву за усопших. Иуда принес оную за воинов, умерших во грехе взятия военной добычи от даров идольских, которыми благочестивый не должен был осквернять рук своих (2 Мак. 12:39-46).

С тех пор, как образовалось общественное Богослужение христианское, моление за усопших вошло в оное, как часть, постоянно к составу оного принадлежащая. Свидетельствуют о сем все древние чиноположения Божественной литургии, начиная от литургии святого Иакова, брата Господня.

Посему нет никакого сомнения, что моление за усопших есть предание апостольское.

Аще и грешен отъиде — говорит святый Златоуст, — елико возможно есть, помогати достоит: обаче не слезами, но молитвами, мольбами, и милостынями и приношениями. Не просто бо сия умышлена быша, ниже всуе творим память о отшедших в Божественных тайнах, и о них приступаем, молящеся Агнцу лежащему, вземшему грех мира, но Да отсюду будет им некая утеха (на 1 посл. к Кор. бесед. 41). И далее говорит: не ленимся убо отшедшим помогающе, и приносяще о них молитвы. Ибо общее лежит вселенные очищение. И возможно есть отвсюду прощение им собрати яко то от приносимых за них даров, от святых с ними именуемых.

Не должно отрицать, — говорит блаженный Августин, — что души усопших от благочестия ближних живущих получают отраду, когда за оных приносится жертва Ходатая, или творима бывает милостыня в церкви? но сие полезно только тем, которые в жизни заслужили то, чтобы им сие после было полезно (О вер. над. и люб. гл. 110).

Святый Григорий Двоеслов представляет примечательный опыт действия молитвы и жертвоприношений за усопшего, обета нестяжания, случившийся в его монастыре. Один брат за нарушение обета нестяжания, в страх другим, лишен был по смерти церковного погребения и молитвы в продолжение тридцати дней, а потом из сострадания к его душе тридцать дней приносима была бескровная жертва с молитвою за него. В последний из сих дней усопший явился в видении оставшемуся в живых родному брату своему и сказал: доселе худо было мне, а теперь уже я благополучен, ибо сегодня получил приобщение (Бесед. кн. 4, гл. 55).

Но остережемся, чтоб после некраткого священнослужения, не продлить слова до утомления. Для внимательных довольно сказанного, чтобы каждый подтвердил себе следующие, не незнакомые, но нередко забываемые правила.

Первое: молись за усопших с верою и надеждою милосердия Божия.

Второе: не живи сам небрежно, а старайся чистою верою и неотлагательным исправлением от грехов упрочить себе надежду, что и за себя по твоей кончине молитвы принесут душе твоей отраду и помогут ей в достижении вечного покоя и блаженства в Боге, присно блаженном и препрославленном во веки. Аминь.

Автор: Святитель Филарет митрополит Московский

Рубрика: тем, кто рядом | Комментарии к записи Можно ли молиться за совершивших самоубийство? Из слова о молитве за усопших отключены

Чин молитвенного утешения сродников живот свой самовольно скончавшего

27 июля на заседании Священного Синода был одобрен «Чин молитвенного утешения сродников живот свой самовольно скончавшаго» — форма молитвенного утешения родственников тех, кто окончил жизнь самоубийством.

«Чин молитвенного утешения сродников живот свой самовольно скончавшаго» был представлен Преосвященным Костромским и Галичским Алексием, председателем Синодальной богослужебной комиссии.

Одобренный Синодом «Чин молитвенного утешения сродников живот свой самовольно скончавшаго» будет разослан в епархии для употребления на приходах Русской Православной Церкви с указанием, что этот чин может быть совершаем многократно, как многократно совершаются панихиды, ― всякий раз, когда родственники лица, окончившего жизнь самоубийством, будут обращаться к священнику за утешением в постигшем их горе, а также опубликован с соответствующим предисловием в официальных средствах массовой информации Русской Православной Церкви.

Кроме того, было определено, что в случае обращения к священнику родственников лица, окончившего жизнь самоубийством, с просьбой о поминовении, священник может совершать таковое в своей келейной молитве словами преподобного Льва Оптинского.

Всем архипастырям и пастырям члены Священного Синода решили напомнить также, что, согласно правилу патриарха Тимофея Александрийского, в отношении лиц, окончивших жизнь самоубийством в состоянии психического расстройства, может быть совершено заочное отпевание, в том случае, если это расстройство будет подтверждено соответствующими медицинскими свидетельствами.

ЧИН МОЛИТВЕННОГО УТЕШЕНИЯ СРОДНИКОВ ЖИВОТ СВОЙ САМОВОЛЬНО СКОНЧАВШАГО

Текст чинопоследования утвержден решением Священного Синода Русской Православной Церкви от 27 июля 2011 года (журнал № 87).

Предисловие

Церковные каноны запрещают «приношение и молитву» за самоубийц (Тимофея 14), как сознательно отторгших себя от общения с Богом. Справедливость этого правила подтверждается духовным опытом подвижников, которые, дерзая молиться за самоубийц, испытывали непреодолимую тяжесть и бесовские искушения.

Указанное правило святого Тимофея Александрийского было направлено против отпадших членов Церкви. Однако в настоящее время большая часть покончивших с собой это люди крещеные, но не получившие ни церковного воспитания, ни церковного окормления. Они прерывают свою жизнь не вследствие сознательного противостояния Богу и Церкви, а будучи «вне ума», хотя это не зафиксировано медицинскими свидетельствами. Священнику, который не знал умершего в его жизни, невозможно решить, как относиться к такой смерти, а родственники и близкие самоубийцы, встречая отказ священника совершить отпевание, еще далее отходят от Церкви, не получая утешения.

В связи с этим Священный Синод Русской Православной Церкви благословляет, в целях духовного окормления паствы и единообразия пастырской практики предлагает, не совершая отпевания самоубийц и «приношения» о них, то есть поминовения в храме, преподавать близким и родственникам таких умерших следующие утешительные молитвы.

Кроме совершения предложенного чина родственники и близкие могут взять на себя, с благословения священника, келейное чтение молитвы преподобного старца Льва Оптинского. Более же всего таким умершим помогает раздача милостыни за них и благочестивая жизнь их родных и близких.

Чин
молитвеннаго утешения сродников живот свой самовольне скончавшаго

Благословен Бог наш:

Трисвятое по Отче наш:

Аллилуия, глас 6. Стих 1: Господи, да не яростию Твоею обличиши мене, / ниже гневом Твоим накажеши мене. Стих 2: Помилуй мя, Господи, / яко немощен есмь.

Тропари: Помилуй нас, Господи помилуй нас:

Слава: Господи, помилуй нас:

И ныне: Милосердия двери:

Псалом 50-й.

И абие антифон, глас 3:

Стих: Помилуй нас, Господи, помилуй нас, / яко помногу исполнихомся уничижения (Пс. 122:3).

Отче Небесный, / Любвеобильне, Человеколюбче, / Милостив, милостив, милостив буди нам, / о, вся Объемлющий / и всех Приемлющий! (Кондак прп. Романа Сладкопевца в Вел. Четв.).

Стих: Рече безумен в сердце своем: несть Бог (Пс. 52:1).

Отче Небесный, / Любвеобильне, Человеколюбче, / Милостив, милостив, милостив буди нам, / о, вся Объемлющий / и всех Приемлющий!

Слава:

Егда, Судие, сядеши яко Благоутробен, и покажеши страшную Славу Твою, Спасе: о, каковый страх тогда, пещи горящей, всем боящимся нестерпимаго судища Твоего! (Вел. Пок. Канон.Чт., п. 8, тр. 4).

И ныне:

Не имамы иныя помощи, / не имамы иныя надежды, / разве Тебе, Владычице, / Ты нам помози, / на Тебе надеемся / и Тобою хвалимся, / Твои бо есмы раби, да не постыдимся.

Господу помолимся.

Господи, помилуй.

Молитва

Владыко, Господи, Милостивый и Человеколюбивый, к Тебе взываем: согрешихом и беззаконновахом пред Тобою, преступихом спасительныя Твоя заповеди и любве евангельския отчаявшемуся брату нашему (отчаявшейся сестре нашей) не явихом. Но не яростию Твоею обличи ны, ниже гневом Твоим накажи ны, Человеколюбче Владыко, ослаби, исцели сердечную скорбь нашу, да победит множество щедрот Твоих грехов наших бездну, и Твоея безчисленныя благости пучина да покрыет горькое слез наших море.

Ей, Иисусе Сладчайший, еще молимтися, подаждь рабом Твоим, сродником живот свой самовольне скончавшаго, в скорби их утешение и на милость Твою твердое упование.

Яко Милостив и Человеколюбец Бог еси, и Тебе славу возсылаем со Безначальным Твоим Отцем и Пресвятым и Благим и Животворящим Твоим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Премудрость.

Пресвятая Богородице спаси нас.

Честнейшую Херувим:

Именем Господним благослови, отче.

Обычный (малый) отпуст.

Молитва преподобного Льва Оптинского для келейного чтения

Взыщи, Господи, погибшую душу раба Твоего (имярек): аще возможно есть, помилуй. Неизследимы судьбы Твои. Не постави мне в грех молитвы сей моей, но да будет святая воля Твоя.

Рубрика: молитва, тем, кто рядом | Комментарии к записи Чин молитвенного утешения сродников живот свой самовольно скончавшего отключены